Как-то ночью в 1871 году отряд всадников напал на спящий военный лагерь.
За считанные минуты, пока лагерь был охвачен паникой,
налётчики украли около 70 лошадей и исчезли.
Возглавляемый молодым вождём по имени Куана Паркер,
этот налёт был одним из эпизодов в череде стычек на техасской границе
между коренным населением —
народом, известным как нумуну, или команчи,
и войсками Соединённых Штатов Америки, посланных реквизировать их земли
в пользу белых поселенцев.
К тому времени этот конфликт насчитывал уже не один десяток лет
и военными операциями командовал полковник Рэналд Маккензи.
Ему удалось напасть на след Куаны.
Но и Куана следил за полковником,
и всякий раз, когда тот подбирался к идейцам,
им удавалось бесследно скрыться на широких равнинах.
Почти 200 лет команчи жили на этих землях,
охотились на буффало и кочевали целыми поселениями по прериям.
Они противостояли атакам испанцев и мексиканцев на юге,
попыткам американцев основать поселения на востоке,
а также стремлениям различных племён индейцев захватить власть в регионе.
«Империя команчей» представляла собой не группу людей с центральным подчинением,
а разрозненные отряды с собственными лидерами во главе.
Все эти отряды индейцев объединяло общее умение —
мастерское умение держаться в седле:
все они, будь то мужчины, женщины или дети, были искусными наездниками.
По своим боевым навыкам их кавалерия
во многом превосходила как войска коренного населения, так и колонистов,
благодаря чему они сумели контролировать
огромную, практически не заселённую территорию,
на которой на пике населения проживало около 40 тысяч человек,
а к моменту противостояния Куаны Паркера и Рэналда Маккензи —
около 4–5 тысяч.
Родившийся около 1848 года, Куана был самым старшим сыном Петы Нокона,
вождя воинственных нокони-команчей, и Синтии Энн Паркер,
похищенной белой женщины, которая ассимилировалась в племени
и взяла себе имя Надуа.
Когда Куана был ещё ребёнком,
войска США напали на лагерь и взяли в плен мать и сестру.
Куана с младшим братом бежали в другое племя команчей —
квахади.
В последующие годы Куана проявил свои воинские и лидерские качества.
Едва достигнув двадцати лет, он сбегает с молодой женщиной по имени Уикеа,
вызвав гнев её влиятельного отца и других старейшин.
Примерно год они скрывались,
постепенно к ним примкнули последователи, и в очень юном возрасте
Куану избрали парайбо, или вождём.
Под его предводительством квахади удалось скрыться от войск США
и продолжить кочевую жизнь.
Но в 1870-е годы Восточное побережье США
становится привлекательным рынком сбыта для шкур бизонов,
и за несколько лет охотники истребили миллионы этих животных.
В это же время войска США неожиданно напали на квахади,
почти полностью перебили табун в 1 400 лошадей, забрав с собой оставшихся.
И хотя он поклялся никогда не сдаваться, Куана понимал, что без бизонов или лошадей
зимой команчи обречены на голод.
Поэтому в 1875 году Куана вместе с квахади
прибыли в резервацию Форт Силл в Оклахоме.
Будучи охотниками и собирателями, они столкнулись со сложностями
при переходе к оседлому образу жизни в резервации.
Правительство США обещало снабжать едой и предметами первой необходимости,
однако на самом деле помощь была ничтожно мала.
Сам же Куана внезапно оказался в слабом политическом положении:
по сравнению с теми, кто дольше прожил в резервации,
у него не было денег и власти.
Тем не менее он видел, как можно извлечь выгоду из сложившейся ситуации.
В резервациях имелись обширные луга, для команчи они не представляли интереса,
однако идеально подходили скотоводам под пастбища.
Он запустил выгодное предприятие: начал сдавать фермерам в аренду землю —
вначале это не афишируя,
а затем провёл переговоры с властями США о правах аренды,
что обеспечило постоянный источник доходов для резервации команчи.
По мере повышения статуса Куаны в резервации
и его признания со стороны официальных властей,
он обеспечивал поставки продовольствия,
выступал за строительство школ и жилья
и стал одним из трёх судей от своего народа в суде резервации.
Устав от общения со многочисленными различными представителями племён,
власти США захотели назначить одного вождя для всех команчей —
за пределами резервации такого предводителя никогда не существовало.
Многие команчи поддержали выдвижение Куаны на эту должность,
как когда-то старейшины
поддерживали его в борьбе против войск США.
За назначение Куаны
выступил даже его бывший противник — Рэналд Маккензи.
Куана снимался в голливудских фильмах и подружился с американскими политиками,
он даже принял участие в параде в честь инаугурации Теодора Рузвельта.
До конца своих дней он так и не остриг длинные косы,
поддерживал Церковь коренных американцев и употребление пейотля.
Он стал называть себя Куана Паркер, взяв фамилию матери,
а также пробовал разыскать мать и сестру,
однако они обе умерли вскоре после похищения.
Раз за разом Куана приспосабливался к различным мирам, различным ролям
и обстоятельствам, которые казались
большинству его соплеменников непреодолимыми.
И хотя нашлись те, кто критиковал Куану после его смерти,
команчи начали использовать слово «вождь»
для обозначения выборного должностного лица от их племени,
признав его не только последним предводителем команчей,
но и образцовым деятелем, боровшимся за сохранение и адаптацию его народа.
Памятуя его заветы, народ команчей, официально насчитывающий сегодня
более 16 тысяч своих представителей и огромное число их потомков,
с уверенностью смотрит в будущее.