Представьте, что однажды вас вызвали на заседание правительственной комиссии.
Даже если вы не совершали преступлений
и вам не было предъявлено формального обвинения,
вас постоянно справшивают о политических убеждениях,
обвиняют в предательстве,
просят назвать имена друзей и сообщников.
Если вы не согласитесь сотрудничать, вас уволят или посадят в тюрьму.
Именно это происходило в США в 1950-е годы
в разгар кампании по выявлению подозреваемых коммунистов.
Она получила название в честь самого ярого приверженца —
движение маккартизма погубило тысячи жизней и карьер.
Более десятилетия американские политики пренебрегали политическими свободами,
утверждая, что якобы защищают их.
В 30-е и 40-е годы XX века
в США действовала небольшая, но активная коммунистическая партия.
Факты о её деятельности противоречивы.
Хотя коммунизм играл заметную роль в набирающей повсеместно силу борьбе
за права рабочих и гражданские свободы,
партия также поддерживала Советский Союз.
С самого начала компартия США подвергалась различным нападкам,
не только со стороны консерваторов и деловой элиты,
но и либералов, критиковавших её связи с авторитарным советским режимом.
Во время Второй мировой войны, когда США и СССР вместе воевали против Гитлера,
некоторые американские коммунисты шпионили в пользу Советов.
Когда наступила Холодная война и факты шпионажа вскрылись,
коммунизм в США стали рассматривать как угрозу национальной безопасности.
Но попытка уменьшить эту угрозу
вскоре переросла в наиболее затянувшийся и повсеместно распространённый процесс
политических репрессий в истории США.
В результате подстрекательств бюрократов,
политиков,
журналистов
и бизнесменов
были сильно преувеличены страхи по поводу подрывной деятельности коммунистов.
Все, на кого падала хотя бы тень сомнения
в отношении приверженности левых взглядов
или связей с левыми, подвергались преследованиям.
Если вы развесили произведения современного искусства,
общались с представителями разных рас
или подписывали петиции против ядерного оружия,
вы, по всей видимости, являлись коммунистом.
Начиная с конца 40-х годов,
глава ФБР Дж. Эдгар Гувер
использовал своих агентов для выслеживания потенциальных коммунистов
и убирал их со сколько-нибудь значимых должностей
в американском обществе.
И небольшой набор применяемых Гувером и его агентами критериев
для отсеивания федеральных служащих
распространился по всей стране.
Вскоре Голливуд,
университеты,
производители автомобилей
и тысячи других государственных и частных компаний
стали таким же образом изучать личности работающих на них сотрудников.
В это время Конгресс проводил собственную «охоту на ведьм»,
вызывая сотни людей для дачи показаний следственным органам,
в частности, Комиссии по расследованию антиамериканской деятельности.
Если кто-то отказывался сотрудничать,
их могли привлечь к ответственности за неуважение к Конгрессу,
но чаще всего увольняли и заносили в различные чёрные списки.
Амбициозные политики вроде Ричарда Никсона
и Джозефа Маккарти
использовали данные слушания как инструмент межпартийной борьбы,
обвиняя демократов в чрезмерной мягкости к коммунистам,
что привело якобы к переходу Китая в зону влияния коммунистического режима.
Маккарти, сенатор-республиканец от штата Висконсин,
приобрёл известность тем, что размахивал вечно меняющимися списками коммунистов,
якобы окопавшихся в Госдепартаменте.
Другие политики открыто смеялись над ним,
но он продолжал делать громкие заявления
на основе искажённых и сфабрикованных свидетельств.
Многие граждане гневно осуждали Маккарти, зато другие хвалили его,
а когда началась Корейская война, действия Маккарти казались оправданными.
Став в 1953 году председателем
Постоянного подкомитета Сената по расследованиям,
Маккарти окончательно обезумел.
Он провёл расследование в армии, обратившее общественное мнение против него
и снизившее его влияние.
Коллеги в Сенате резко осудили его действия,
он скончался менее чем через 3 года, вероятно, от алкоголизма.
Эпоха маккартизма также на этом закончилась.
Маккартизм разрушил сотни, если не тысячи жизней
и значительно сузил спектр американских политических взглядов.
Вред, нанесённый им демократии, ещё долго будет ощущаться.
По всей видимости, и демократы, и республиканцы,
зная, что антикоммунистические чистки были несправедливы,
боялись открыто осудить их, опасаясь за своё политическое будущее.
Даже Верховный суд не смог остановить «охоту на ведьм»,
смирившись с серьёзными нарушениями конституционных прав
во имя государственной безопасности.
Представлял ли коммунизм реальную угрозу для американских властей?
Возможно, но очень небольшую.
Но опасения были настолько сильны, что оказали гораздо больший вред,
чем сама угроза.
И если в смутные времена появятся новые демагоги
и захотят преследовать представителей других групп
якобы во имя спасения своей страны,
не повторится ли всё это снова?